Он всегда замечал буквально все: как летом нагревается металл на крыше передвижной лаборатории, как запах разогретого пластика смешивается с ароматом чая, который кто-то постоянно держал в термосе, как подростки сначала косо смотрели на набор инструментов, а через час работали с ними деликатнее, чем с телефоном. Этот человек — бывший инженер, который десять лет назад перестал проектировать платы и начал проектировать занятия — приезжал в маленькие города с фургоном, в котором были скрепки и 3D-принтер, мотоколеса и куски ткани, паяльник и глина. Он называл свой метод «малые профессии»: короткие, плотные, почти лабораторные опыты, каждый из которых собран вокруг одной рабочей активности профессии, с возможностью мгновенной проверки гипотезы о склонностях и интересах ученика.

В провинции, где выбор кажется судьбой, а не экспериментом, это выглядело почти магически. Но магия была выверенной практикой: внимательной к ощущениям, к звуку инструмента, к тому, как ученики меняют выражение лица, когда видят результат своей работы. Он знал, что профессиональное самоопределение — не только набор тестов и мотивационных бесед. Это серия маленьких телесных, когнитивных и социальных опытов, которые быстро отвечают на вопрос: «Это мне подходит?»

Проблема, которую он встретил, знакома многим в сфере дополнительного образования. Подростки получают абстрактные советы, пробуют один-два кружка и часто уходят в самую доступную или видимую сторону: если в городе есть музыкальная школа — в музыканты, если есть строительный техникум — в строители. Родители ориентируются на устойчивые рабочие ниши, школы — на успеваемость и ЕГЭ. Между тем реальные профессиональные активности — то, что делает профессию профессией, — остаются вне поля зрения большинства молодых людей: рутина, ритм работы, мини-решения, которые принимаются за минуты, физические и материальные ощущения, которые формируют интерес.

Его задача была двойной: помочь подросткам получить быстрый, точный и практический ответ на вопрос «мое ли это», и одновременно убедить систему дополнительного образования и родителей, что такие «малые» опыты ценны и масштабируемы. На первый взгляд путь лежал через стандартные инструменты: